A telephone girl = Repeating "Hello"

Astronomers = No more stars

A Gentleman = Elegant Man

Eleven plus two = Twelve plus one

Vladimir Nabokov = Vivian Darkbloom
(Vivian Darkbloom is a character in Nabokov's Lolita)

The word stifle is an anagram of itself.


(c) http://wordsmith.org/

try it too...

Три медвежонка прыгали в саду
И один сказал: "Я упаду!"
И, конечно, он упал вниз головой
Медвежонка увели домой
Два медвежонка...
Вот медвежонок...

(c) http://www.m-w-m.ru/games.php

---

Сергей Станиславович и Екатерина Сергеевна Железновы рекомендуют этот стишок к развивающей игре "Медвежата" для детей в возрасте от 2 до 3 лет.

Вроде бы, сюжет не новый в истории детского воспитания.

---

Идёт бычок, качается,
Вздыхает на ходу:
- Ох, доска кончается,
Сейчас я упаду!

(c) Агния Львовна Барто

---

Однако, бычок Барто в более выгодном положении. Он еще не упал. Незавершённость сюжета даёт волю воображению, возможность предотвращения трагедии. Бычка ещё можно спасти.

Медвежата Железновых обречены. Один уже упал. И его увели домой. Многоточия лишь добавляют трагедийности: та же участь ожидает оставшихся двоих медвежат. Как и первый, они упадут. И их уведут домой. Волей автора стишка, помочь медвежатам не представляется возможным.

Записи, датированные ранее, занесены в журнал задним числом из прочих моих сетевых и бумажных ресурсов.

Чтобы не смутился читатель внимательный.

***

Смываю маску - посмотрите мне в глаза.
В них - боль и страх, в них - радость и отвага,
В них - на бумаге высохшая влага,
В них - спекшаяся в пламени слеза.

Стекают по лицу остатки краски.
Но так и не понять мне до конца:
Смываю маску я с лица
Или лицо смываю с маски?

©

Так бывает только у меня

(пародия)


Я рифмой новой очарован
И белизною снежной
Ещё не найденного слова,
Не писанного прежде.

Мне как дорожка беговая
Подтекста междустрочье,
Бумага - будто плоть живая...
И дышит, между прочим...

© Игорь Борисович Гилёв


Чистота бумаги так прекрасна,
Что не удержусь и согрешу:
И в самозабвеньи сладострастном
Я её невинности лишу.

И в объятиях моих раскрепощённых
Оживёт, замечется она,
Возбудится и задышит учащённо.
И всю ночь нам будет не до сна.

А к концу любовного сближенья,
Когда вскружится от счастья голова,
В белоснежных простынях воображенья
Зародятся новые слова.

Я с любовью подберу к ним рифмы,
Не забыв расставить ударенья.
Очень часто, состихотворив, мы
Вдруг влюбляемся в свои стихотворенья.


©

Я продолжаюсь в бесконечность


Я тень и свет.
Вопрос я и ответ.
Я дерево и сталь.
И радость, и печаль.
И ангел я, и бес.
С улыбкою и без.
Я каменный и ватный.
Простой и непонятный.
Я и сестра, и брат.
И строен, и горбат.
Приятный я и пошлый.
И будущий, и прошлый.
Я трезвый и хмельной.
Здоровый и больной.
Возвышенный и низкий.
Еврейский и английский.

Я одинаковый и разный.
Прекрасный я и безобразный.
Дурак и умный. Ровный и кривой.
Слепой и зрячий. Мёртвый и живой.


©

Постель, зверушки и любовь...

(пародия)


Я постелю тебе постель
Под звездным мрамором ночи,
Кузнечик спрятался за ель,
В полях мурлыкают грачи,
В берлоге там мышонок спит,
Опять вздремнул усатый сом,
А шустрый дятел все строчит
По дереву. И взмах крылом
Уж сделала вчера Любовь,
Она жива. Она придет.
Я знаю, где-то есть Она,
Она надеется и ждет.
Что позовут ее вдвоем.
В два голоса. Наверняка.
Она услышит. И придет.
Как жаль, что я кричу Одна!

© Ольга Владимировна Минина


Уж не знаю, чёрт попутал или бес,
Или что-то в голове моей замкнуло,
Но однажды я попала в лес.
Заблудилась. И под ёлочкой заснула.

И приснилась мне зелёная весна.
Ты и я, кровать, постель, подушки -
Прямо в чистом поле. И сосна,
А вокруг - различные зверушки.

Дятел ствол сосны долбит. В дупле
Будут жить зимой медведь и медвежонок.
Тесно будет, но зато в тепле.
А в берлоге пусть живёт мышонок.

Под кроватью хрюкают слоны,
В небе крокодилы хрипло лают.
И неважно, что слоны - не кабаны.
И плевать, что крокодилы не летают.

Важно только то, что я строчу -
Искренне, возвышенно, лучисто.
И как дятел, я по клавишам стучу,
Вызывая восхищенье пародиста.

А любовь глуха, слепа, с клюкой,
Но ещё жива, и даже дышит...
Покричу ей, помашу рукой -
Может всё ж заметит и услышит.


©

Когда со светом фонаря
Смешает бледный свет
Мертворожденная заря,
В окно вползает бред.
И то, что на меня ползет,
Огромно, жадно и безлико.
Мне страшно, раздирают рот
В тиши немые спазмы крика.
Мне от него спасенья нет.
Я тяжесть чувствую слоновью...
И говорят, что этот бред
В бреду я называл любовью.

(c) Илья Иосифович Варшавский, "Инспектор отдела полезных ископаемых", часть 2

О пчёлках


- Ромашка, а ты меня любишь?
- Люблю, Василёк!
- А ты меня хочешь?
- Хочу!
- Эх! Скорей бы эти пчёлы прилетели!..

© из народного юмора


Ночь настала. Вместе - я и ты.
На лугу же - одинокие цветы
Лепестками тихо шелестят...
Как и мы, они: и любят, и хотят.

Вот Ромашка спит с пыльцою в лепестке
И мечтает о прекрасном Васильке!
Но без пчёлок недоступен и далёк
Этот милый, одинокий Василёк...

Он расцвёл на луга краешке, во мхах,
С твёрдым пестиком в красивых лепестках.
Только о Ромашке все мечты его!
Но без пчёлок он не может ничего...

Ночь закончилась прохладным ветерком.
Ты проснулась... И Ромашка с Васильком
Просыпаются и тихо лепестят:
"Ну, когда же эти пчёлки прилетят?!.."


©